Тефирот

Около пятидесяти лет назад природные катаклизмы стихли достаточно, чтобы вновь началось заселение пустыни, но оно идёт довольно медленно и в основном лишь с северной части. Дюны похоронили много богатств.

Народ здесь крайне разношерстный. В основном это потомки беженцев из Тул'Ассара, а также все те, кто в разное время скрывался от властей Даскала — от политических изгоев до преступников. Единой культуры у них нет, это скорее вынужденный союз очень разных людей.

Между странами идет постоянная вражда. Не так давно Даскал развязал несколько войн из-за того, что в На'Кхарете укрывалось слишком много магов.

На'Кхарет проигрывал почти все крупные столкновения на поле боя, но удержать власть Даскал так и не смог — оккупационные войска каждый раз увязали в пустыне, несли потери и были вынуждены отступать.

Сейчас Даскал сменил тактику: вместо прямых нападений они начали экономическую войну. За каждого живого мага, приведенного из На'Кхарета, Даскал назначил огромную награду. Для нищего населения страны это стало серьезным испытанием, и теперь магам приходится опасаться не столько чужой армии, сколько собственных соседей.

Власть в Велдемаре децентрализована. Сам герцог выступает скорее верховным арбитром, чем абсолютным правителем, а реальное управление на местах разделено между пятью силами:

• Дворянские дома — контролируют крупные города и экспорт леса.
• Старосты деревень — управляют человеческими общинами.
• Общины полуросликов — руководят пашнями, аграрным сектором и садоводством.
• Лесные хранители — друиды, следящие за балансом в чаще.
• Ведьмы Гнилых Топей — теневая власть на заброшенных окраинах.

Экономика региона держится на экспорте качественной древесины, ремесленных изделий, фруктов и овощей. Из-за развитых лесных промыслов местное ополчение не имеет тяжелой кавалерии, но славится своими первоклассными охотниками и лучниками.

Главный секрет герцогства — скрытное использование «мягкой» природной магии: бытовых чар, знахарства и заговоров на урожай. Она не является повсеместной, но распространена во многих общинах, особенно отдаленных от крупных городов. Местное население лояльно к практикующим друидам и покрывает их от ищеек Империи. Герцог вынужден публично демонстрировать Даскалу полную покорность, но тайно саботирует любые попытки имперских инквизиторов устроить охоту на приверженцев старой веры на его землях.

Большая часть Велдемара безопасна и окультурена, однако у региона сложные границы:

Здесь водятся волки, медведи и лесные тролли, но если уйти в глубокую чащу, можно столкнуться с опасными реликтовыми существами.

Высокие горы отделяют Велдемар от южных джунглей Саремхат. На перевалах обитают гарпии и горные львы, а из джунглей иногда залетают экзотические птицы, например, Саремхатский пересмешник.

В прошлом Гнилые Топи занимали гораздо большую площадь. Во время Даскальской инквизиции значительную часть болот осушили, а карг загнали глубже на запад. Раны, нанесенные лесам пожарами, которые устроила карательная армия Даскала, давно заросли новой зеленью, но шрамы той войны до сих пор напоминают местным жителям об истинной цене имперского порядка.

Авенхолд — бескрайнее королевство высоких степей, ветров и бесконечных горизонтов. Его жители веками жили верхом, а местная знать скорее напоминает кочевые рыцарские кланы, чем оседлых аристократов.

Во всём Тэфироте нет кавалерии опаснее авенхолдской. Их всадники способны неделями жить в седле, пересекать половину страны без обозов и исчезать в высокой траве прежде, чем противник поймёт, что попал в ловушку.

Сегодня Авенхолд остаётся формально самостоятельным королевством, но фактически является вассалом Империи Даскал.

Король сидит на троне.

Лорды правят своими землями.

Законы Авенхолда продолжают действовать.

Но все понимают, что настоящая свобода была потеряна много поколений назад.

После Великого Катаклизма Авенхолд открыл границы для беженцев.

Среди них были:

• учёные и маги Тул'Ассара;
• выжившие эльфы Элендора;
• тысячи обычных переселенцев.

Для жителей равнин это казалось правильным решением.

Для Октавиана Даска это выглядело как создание нового очага угрозы.

Когда Даскал начал войну против магов, Авенхолд отказался выдавать беженцев.

Так началась война, навсегда изменившая судьбу королевства.

Главным символом сопротивления Авенхолда стала Битва у Башни Лаконии.

В тот день тяжёлые легионы Даскала столкнулись с союзом тул'ассарских магов и авенхолдской лёгкой конницы.

Пока всадники изматывали легионеров ложными атаками и притворными отступлениями, маги превращали построения Даскала в пылающие руины.

Империя потерпела одно из самых тяжёлых поражений в своей истории.

Даже спустя два столетия офицеры Даскала изучают это сражение как пример того, насколько опасным может быть союз магии и мобильной армии.

Несмотря на победу при Лаконии, Авенхолд не смог выиграть войну.

Даскал отказался сражаться на условиях противника.

Вместо новых генеральных битв Империя начала душить королевство экономически.

Перекрывались торговые маршруты.

Блокировались города.

Уничтожались склады.

Год за годом ресурсы Авенхолда истощались.

В конце концов был заключён договор, который жители равнин до сих пор называют «Миром на Бумаге».

Согласно ему:

• Авенхолд сохранял собственную корону и внутреннее самоуправление.
• Империя не размещала постоянные гарнизоны на территории королевства.
• Авенхолд поставлял коней и элитную кавалерию для нужд Даскала.
• Любая магическая деятельность объявлялась вне закона.

Так Даскал уничтожил союз конницы и магии, не уничтожая сам Авенхолд.

Империя Даскал — крупнейшая, самая дисциплинированная и технологически развитая держава Тэфирота. Для внешних врагов и мятежников это безжалостная военная машина. Но для своих граждан Даскал — сияющий маяк цивилизации, щит, укрывший человечество от полного уничтожения. Это города с идеальными акведуками, безопасными дорогами, строгими, но справедливыми судами и монументальной белокаменной архитектурой с рыжеватыми прожилками.

Государство в его нынешнем виде было выковано в огне Великого Катаклизма. Когда мир рушился, а небеса почернели, именно полководец Октавиан Даск смог навести порядок в хаосе.

Он открыто обвинил магов в гибели мира. Заключив стратегический союз с учёными из Кэр Андроса — единственными союзниками Даскала в те тёмные времена, — Октавиан получил технологическое преимущество.

Объединённые силы Даскала и Кэр Андроса совершили невозможное: они разбили могущественную конницу и чародеев Авенхолда, захватив равнины, а затем подчинили лесное герцогство Велдемар. Так Октавиан сковал Империю, которая стоит до сих пор.

Основа военной мощи Даскала — эфирит, минерал, нейтрализующий и впитывающий прану. Оружие и щиты из эфирита позволяют обычным людям, не имеющим дара, противостоять архимагам и чудовищам.

Но защита имеет цену: эфирит высасывает жизненную силу самого носителя. Элитные инквизиторы Даскала седеют к тридцати годам, их кожа бледнеет, а тела истощаются. В Империи это не скрывают — это называется «благородным увяданием». Солдаты, отдающие своё здоровье эфириту, считаются величайшими героями нации, жертвующими собой ради того, чтобы обычные граждане спали спокойно.

Империя несёт на себе колоссальный груз ответственности за континент, и её дипломатия строится на силе, прагматизме и идеологии выживания.

• Авенхолд: вассал, покорённый Октавианом Даском. Поставляет Империи элитную кавалерию. Даскал жестоко подавляет там любые магические культы, из-за чего местные считают имперцев оккупантами.
• Велдемар: вассал. Поставляет провизию и дерево. Даскал позволяет им внутреннюю автономию — легионы не умеют воевать в густых лесах, а Империя умрёт от голода без велдемарского зерна.
• Тул'Ассар: для граждан — проклятая пустошь, памятник гордыне магов; для элиты — ресурсная база. Империя, часто руками Ордена Милосердного Пламени, контролирует там раскопки, чтобы изымать запретные техномагические артефакты и не давать им попасть в руки мятежников.
• Шайлаан: в прошлом Даскал вёл с ними кровопролитные войны. Сейчас прямое столкновение невозможно — горные хребты, воздвигнутые Сошедшим Кетиром, наглухо отрезали Шайлаан от мира. Контактов нет, но в Даскале к ним относятся с жгучим презрением, считая трусами, которые отгородились каменной стеной, бросив остальное человечество.
• Северные королевства: дикий фронтир и рассадник ереси. На севере всё ещё процветают культы и вольные поселения, открыто практикующие колдовство. Империя периодически отправляет туда карательные легионы, чтобы выжигать магическую заразу и не давать северянам объединиться.
• Гортмар: прагматичный и крайне ценный союзник. Дварфы предпочитают надёжный металл нестабильной магии, что идеологически полностью устраивает Даскал. Гортмар снабжает имперские легионы сталью, инструментами и сложными механизмами, получая взамен продовольствие и охрану торговых караванов.

Если Даскал контролирует армии, а Гортмар — промышленность, то Кэр Андрос контролирует знания.

Большинство карт древних руин, описаний артефактов и сведений о погибших цивилизациях проходит через руки его архивариусов.

Многие государства считают Кэр Андрос незаменимым союзником. Не меньшее число считает его самой опасной страной мира.

Во времена Великого Катаклизма Кэр Андрос оказался одним из немногих государств, сохранивших относительную стабильность.

Пока другие народы пытались выжить, учёные республики занимались сбором знаний погибающего мира.

Именно тогда будущий император Октавиан Даск заключил союз с Кэр Андросом.

Республика предоставила инженеров, снабжение и научные разработки.

Северные королевства — обширный регион за пределами влияния Даскала. Несмотря на название, это не единое государство, а пёстрое собрание десятков княжеств, городов-государств, племенных союзов, торговых республик и небольших королевств, постоянно заключающих союзы и воюющих друг с другом.

Здесь нет единого правителя, нет общей армии, нет общей религии — именно поэтому Север никогда не удавалось покорить окончательно.

Для жителей Империи это дикий фронтир. Для северян — последний уголок мира, где человек ещё может жить без надзора Даскала.

Север невероятно разнообразен. На побережьях расположены богатые торговые города, живущие за счёт рыболовства и морской торговли. В глубоких лесах скрываются княжества охотников и лесорубов. Среди гор существуют небольшие крепостные государства, контролирующие перевалы и рудники. А на далёких северных островах сохранились полукочевые народы мореходов.

Некоторые государства существуют веками. Другие исчезают за одно поколение. На карте Север выглядит как лоскутное одеяло из десятков постоянно меняющихся границ.

В отличие от большинства народов мира, дварфы пережили Великий Катаклизм относительно спокойно. Когда небеса раскололись, а государства рушились одно за другим, правители Гортмара приказали закрыть Великие Врата и изолировать королевство от внешнего мира.

Многие на поверхности считают, что именно благодаря этому Гортмар сохранил своё могущество.

Дварфы Гортмара не боятся магии и не испытывают к ней религиозной ненависти. Они просто считают её плохим инструментом.

В глазах дварфийского инженера магия остаётся непредсказуемой силой, зависящей от эмоций, таланта и обстоятельств. Хороший механизм, напротив, всегда работает одинаково.

Несмотря на внешнее единство, Гортмар далеко не монолитен. Власть разделена между десятками древних кланов.

Наиболее влиятельными считаются:

• Горные дома шахтёров;
• Кланы кузнецов;
• Инженерные консорциумы;
• Старые благородные роды;
• Торговые лиги.

Большинство политических конфликтов в королевстве решаются не на поле боя, а за столами переговоров, через торговые соглашения, производственные квоты и многолетние экономические интриги.

Дварфы редко воюют друг с другом. Они предпочитают десятилетиями спорить о том, кому принадлежит шахта.

Шайлаан — древнее и загадочное место, скрытое за кольцом неприступных гор, воздвигнутых Сошедшим Кетиром во время Великого Катаклизма.

Когда большая часть мира погрузилась в хаос, Шайлаан оказался отрезан. За прошедшие века это место превратилось в самостоятельный мир со своими законами, традициями и представлениями о реальности.

Шайлаан существует на границе материального мира и Мира Духов.

Прана здесь настолько плотна, что временами становится видимой.

По ночам над полями дрейфуют светящиеся огни.

В старых рощах можно услышать голоса тех, кого давно нет в живых.

Некоторые озёра отражают не настоящее, а возможное будущее.

Здесь встречаются места, которые невозможно объяснить логикой:

• долины, где время течёт медленнее;
• луга, на которых никогда не наступает ночь;
• леса, способные менять направление дорог;
• острова, парящие среди облаков;
• регионы, где исчезают цвета;
• рынки, где воспоминания ценятся дороже золота.

Во главе большинства земель стоят даймё — правители, одновременно являющиеся военными лидерами, судьями и посредниками между смертными и духами.

Некоторые кланы живут среди бескрайних лугов. Другие контролируют парящие острова. Третьи обитают в долинах драконов или древних лесах.

Несмотря на различия, все кланы признают священный статус Кетира и необходимость сохранять равновесие между мирами.